ГЕК
(или история одного мохнатого Сталкера)
   
   (Фрагмент) 
   
  Колбаса была склизкой и зеленой. К тому же она воняла. Но что поделать! Выбирать не приходиться. Не каждый день в кафэшке на углу Заречной "день открытых дверей" для нас, дворняг безродных. 
   Ну, насчет безродных - это я загнул. И мама, и папа мой отсутствием родословной не страдали, но мне от этого не легче. С недавних пор я, как и многие другие стал обыкновенной бездомной шавкой. А произошло это ровно в тот день, когда к собачьим вольерам и клеткам с другими животными детского центра юннатов подъехала колонна строительной техники. И не стало уголка живой природы. Спасибо нашему местному олигарху. Это ему понадобился под застройку элитным жильем тот кусок земли, на котором детишки и их родители устроили свой кружок юных натуралистов. Всяких там ежиков, ужиков и воробьев выпустили на свободу. Попугайчиков, черепашек и хомячков разобрали по домам, а таким здоровякам, типа меня, повезло меньше. И правда, кто возьмет к себе в малогабаритную квартиру эдакого "лося". Ни разместить, ни прокормить. Вот и гуляю теперь предоставленный сам себе по улицам, дворам и закоулкам. 
   Вообще-то в кружке юннатов я пробыл не долго. Привела меня туда девочка Надя, которая угостила меня конфеткой. Эх, ведусь я на сладости, прям, держите меня семеро. Ничего с этим поделать не могу. Сунула мне Надя "Мишку косолапого" и повела как теленка, право слово. 
   А что? Жил я у юннатов неплохо. Жаль, всего несколько месяцев. А до этого хлебнул горюшка. Так, что кое-какой опыт уличной жизни у меня уже есть. 
   На улице я оказался где-то с полгода назад. Как только любимый мой и единственный хозяин Антон Сергеич отдал богу душу. Ох, и любил я его. Готов был терпеть всякие гадости. Например, есть эти собачьи чипсы (слава Богу он их мне не давал. Повезло, в отличие от соседского кота Вольки, котрый от этих шмискасов по полчаса в сортире сидит, а потом еще полня рыгает). Или, вот бегать как идиот за брошенной палкой. (Почему-то Сергеич считал, что мне это нравиться.) 
   Я поморщился и принялся давиться докторской-помоешной. Тот еще деликатес. Чав-чав, а сам не забываю, краем глаза косится на наглую ворону, усевшуюся на ограду детского сада. С этими друзьями надо держать ухо востро. Того и гляди, стащит мой сегодняшний завтрак. 
   - Кар, - я все-таки вздрогнул. Надо же. Испугала. Что-то я тоже дерганый стал в последнее время. "Тоже" потому, что все вокруг какие-то нервные. Я имею ввиду людей. От них так и прет каким-то... э-э-э... безотчетным страхом. Мы, собаки это очень хорошо чувствуем. Идет, бывало, парнишка, руки в карманах, посвистывает, изображая всем своим видом, что ему все по хрену, а сам-то боится, и руки в карман специально убрал, чтобы не укусили. Глупый, мягко говоря. Кто ж его кусать-то будет, если сам чего не отчебучит. Если тебе, друг, кто и решит глотку перегрызть, то ты об этом узнаешь последним. 
   Впрочем, чего-то меня занесло. Все это школа Сергеича сказывается. Он у меня бывший военный был, все по горячим точкам мотался, вот из меня, из щенка немецкой овчарки, тоже военного пса пытался сделать. Прямо диверсанта какого-то. Ох, и замучил же он меня. То, как та баба, сквозь тлеющие головешки прыгаю, то какого-нибудь бугая за воротник ватника тащу, то кросс километров "цать", то лазанье по болотам и оврагам. Зато интересно. Один раз вместе с ним с парашютом прыгали. Чуть не обос... М-да. А бывало как засадит над ухом пару обойм из "Сайги". Вот и странно, что я этого "кар" испугался. Не хватало еще от каждого хлопка дверью подъезда шарахаться. 
   Все это от напряжения, которое так и витает в воздухе. Вон тот мужик из девятки выскочил и бегом в подъезд, как будто на крыше снайпер засел. Все они, двуногие теперь себя так ведут. Носятся, носятся. Никто ни сосиски не кинет, ни за ухом не потреплет, вот и приходится по помойкам шариться. Вон и в кафэшке, то жратву на фурах подвозили, а теперь наоборот, какие-то коробки, вкусно пахнущие в грузовики загружают. И не дай бог им под ноги попасться - все злые, того и гляди пнут. 
   
   - Ну что, пернатая, обломись! - я облизнулся и почапал в сторону спального района. Там раньше сердобольные старушки бывало, попадались, с кусочками булочек и пирожков в ассортименте. 
   Ага. Обломись и ты, старина Гектор. Вон одну из старушенций сынок в джипешник запихивает. Остальных и след простыл. Тут не то, что псины - голуби с воробьями с утра не кормлены. А колбаска-то без остановки куда-то в глубины живота провалилась, словно и не было ее. 
   Эх, и вымахал я здоровенный на свою беду. Лапы брюхо не прокормят. Ну ладно, будем считать, что позавтракали, теперь кофе (шучу) и газета. А поскольку читать я не умею, газету мне заменяет телевизор. Вон из окна первого этажа девятиэтажки бухтит. 
   Послушаем. 
   "... напряженность не ослабевает. По мнению специалистов ситуация с каждым днем будет только ухудшаться. Процесс может принять необратимый характер, и, несмотря на все меры, предпринимаемые мировым сообществом..." 
   Что-то говорит эта дикторша с надрывом. Я бы даже сказал истерит. Видать, дела совсем плохи. Знать бы еще, в чем дело. Я бы знал, но последний раз регулярно смотреть телевизор я имел возможность у Сергеича. (Если он не швырял в меня тапком, когда я громко лаял на здоровенных негров, машущих своими клешнями в каком-то загоне, обтянутом веревками. Вообще-то я не глупый, понимаю, что это бои без правил между людьми. Такие и между собаками устраивают. (Б-р-р!) Но, не могу я спокойно смотреть на имбициллов, даже если они за это получают столько, что зараз можно купить эшелон сахарных косточек. (Во! Опять слюна пошла. Ща захлебнусь!) 
   Спросите: -"Почему я такой бедный, если я такой умный?" Если бы я знал ответ на этот вопрос, то не бежал бы сейчас к овощехранилищу, а сидел в отапливаемой будке во дворе элитного коттеджа. А я бегу к овощной базе. Может хоть капустки там погрызть удастся или крысятинки отведать, на худой конец. (Во докатился!) 
   
   Хрена с два. Погрыз! И здесь все вверх дном. Фуры так и шныряют туда-сюда. Не подойдешь. Крысы, конечно, все по щелям. Остатки капусты и картошки втоптаны в грязь. Не задался денек. 
   Соображай, Гек, соображай! Дело близиться к закату, а у тебя во рту с утра ни бутерброда, ни куриной ножки не было. Только кусок вонючей колбасы. 
   Так! На вокзал бесполезно. Там Джиму, знакомому бульдогу, еще вчера чуть лапы не оторвали. На мясокомбинате, думаю, сейчас та же фигня, что и на овощебазе. Да там и в обычное-то время делать было нечего. Разве что пару рваных ран от тамошних местных "волчар подзаборных" можно получить, больше ничего. 
   Вот надо же. Ведь и у собак, все как у людей: крыша, разборки, территория. 
   Хлебозавод - ерунда. Только белый весь оттуда выйдешь и никакого удовольствия от той кислятины, которой там воняет, нет. Потом три дня кишки от сырого теста крутиь будет. Плавали - знаем! 
   Что? Опять помойка- наш друг? А ведь еще место для ночлега найти нужно. Егорыч, сторож гаражного кооператива, как запил после начала всей этой людской суматохи, так и заперся у себя в подвальчике. Теперь вот и ныкайся по коллекторам и подворотням. Аведь не месяц май!